Ryan Spencer Райан Спенсер

A.I.

Прозвища:
Доктор Кровь.

Возраст: 40 | 37 | 3

Пол: Мужской

Ориентация: Гетеро

Деятельность: Наемный врач и хирург

Сторона: Найтбрингеры, Пёстрая Толпа

Ранг: -

Место проживания
Убежище в одном из старых домов на восточных окраинах Арисхайма.
Колодец Инсвейла, секретная лаборатория и убежище в Чернильных Топях.


Внешность
Мужчина стройного астенического телосложения, рост 185, лицо волевое, открытое, с ярко выраженными скулами; черты лица резкие, острые. Всегда гладко выбрит, темные волосы средней длины зачесаны назад. Внешность до противоестественности аккуратная, особенно с учетом его образом жизни, пристрастий и деятельности. Обладатель глубокого хриплого голоса. В меру обаятелен, с доброй, располагающей улыбкой, однако зачастую от его вида, взгляда, улыбки и даже порой заливистого смеха весьма убедительно сквозит нечто, что можно сравнить разве что с ледяным блеском хирургического инструмента. Пожалуй, это его самая запоминающаяся черта - Спенсер обладатель невероятно пронзительного, цепкого и яркого взгляда холодных серых глаз, выдающего его с головой - так может смотреть лишь человек, чей внутренний мир уже пусть еще и не так давно, но уверенно обращен к тьме.
Днем предпочитает обычные приталенные мужские костюмы исключительно густого, черного цвета с вкраплениями белого и серебряных акцентов. Стиль нельзя назвать роскошным, простой, удобный и выверенный. В Ночи предстает в комплекте кожаной брони, обуви с высокой стойкой и толстой подошвой, поверх которой облачается в черно-белую робу с капюшоном и с полным набором хирургических инструментов, реликвий, оружия и вспомогательного оборудования.

Характер
Аккуратная и тихая, но при этом страстная натура. Спенсер – спокойный вариант уверенного оптимиста, в хорошем смысле этого заявления. Он всегда или почти всегда уверен в благоприятности того или иного исхода того или иного мероприятия, касающегося непосредственно его деятельности, как врача. Вежливо холоден, в его словах, поведении и общем внешнем виде есть что-то от остро отточенного клинка: если его не трогать - никто не порежется. Несмотря на порой настораживающую, если пугающую внешность из-за своего пристального взгляда противоестественно выразительных глаз, Райан в большинстве случаев для Найтбрингера держится добродушно. Проявление жестокости и связь с Ночью, становящаяся острее с наступлением тьмы обостряют его чувства и словно бы меняют его поведение. Он должник своей крови, и свет Алой Луны, безусловно, имеет над ним особую силу, если не контроль, как полноценным Найтбрингером. В крови Спенсера глубоко, но беспокойно дремлет тяга к необъяснимо безжалостной жестокости. Впрочем, он далеко не бездумный зверь, одержимый садизмом или же стремлением к бессмысленному убийству. Райан никогда не забывает о том, кем он является, и раз уж волей случая ему приходится быть врачом и хирургом в алой темноте, полной чудовищ во всех смыслах этого слова, равно как и охотников на этих чудовищ, которые не привыкли разбираться, кто перед ними – Спенсер лишь подстраивается под эту жестокую действительность, и, с учетом своих познаний, навыков, переносимого оружия, реликвий и оборудования, делает он это охотно. Его одиночество и безнаказанность в самые первые Ночи, проведенные в Лимбе, стали теми самыми путеводными звездами, которые повели Найтбрингера дальше. Это сказалось на перекройке его разума, когда безумие затронуло его в первые Ночи пребывания в Лимбе, и сейчас, спустя несколько лет, Спенсер взирает на окружающих с некоторым снисхождением, как и подобает уже набирающего опыт убийце и хирургу. В окружающих людях Райан видит чистую анатомию – в самом страшном ее проявлении, как в глазах того, кто доскональное знает устройство человеческого тела, равно как и обладает знаниями о тех точках и нитях структуры организма, затронув которые, можно причинить страшную боль и быстро – или пугающе медленно, - оборвать жизнь. Впрочем, Спенсер обладает хорошим самообладанием, отчасти благодаря и своей профессии; моральные вопросы и профессиональная этика для него значительно потеряли в своей значимости, но он не отбросил их окончательно, прекрасно осознавая, что это будет поворотным шагом и окончательным направлением к саморазрушению и погружению в безумие. Он не видит в окружающих людях ходячие и говорящие куски мяса – но иногда, просто наблюдая за кем-либо, внутри Спенсера вверх берет его холодный, профессиональный взгляд хирурга, который уже смотрит не «на», а «в».
Как молодой Найтбрингер и человек, лишь недавно объявившийся в Лимбе, Райан хорошо помнит свое прошлое и реальность, отдавая отчет, что с ним случилось, хотя, безусловно, не понимая, что именно и как это произошло. Он тяжело переживает отсутствие гаджетов и техники той эпохи, из которой его забрало роковое стечение обстоятельств, во многом привыкнув полагаться на их помощь, но сейчас, в эти Ночи, Спенсер уже приспосабливается к новым условиям, смирившись с собственным положением и считая, что техническая отсталость нового измерения, в котором он оказался, сейчас и в дальнейшем лишь благоприятно скажется на его навыках и знаниях, так как рассчитывать в своей работе теперь приходиться только на них. Вместе с этим Спенсер бережно хранит те немногие вещи, которые перекочевали с ним в новый мир из старой реальности, в основном это одежда и несколько мелочей. 
Он редко имеет дело с миром Дня, почти что полностью погруженный и сосредоточенный на том, что происходит в Ночи. Спенсер старается не иметь дел с Шахматами и еще некоторыми определенными группировками среди Найтбрингеров, разумно предполагая, что подобные связи лично для него не приведут ни к чему хорошему; вместе с этим, Райан не чурается любых контактов с теми, кто действительно заинтересован в его навыках, и к этой прослойке относятся другие Найтбрингеры. Он никогда не забывает, что он профессиональный врач, в конце концов; и пусть его прозвище, зловещая репутация и острые инструменты говорят сами за себя, Спенсер осознает свое положение. Те из обитателей Ночи, кто разделяет его взгляды и осторожный подход друг к другу, кто еще не осквернил свой разум безумием окончательно, с их стороны могут стать как и потенциальными клиентами, так и партнерами по торговле и бартеру. В нем удивительным образом сочетается безжалостность и стремление оказаться на том самом месте и в то самое время, где он действительно будет востребован. Как врач, хирург и человек, сведущий в медицине, Спенсер всегда рад прийти на помощь, как и советом, так и действием тем, кому доверяет или в ком он видит хорошие возможности для сотрудничества и получения пусть даже и элементарной сиюминутной выгоды или преимущества, если оно того стоит, конечно.   
Райан любит хороший алкоголь, но никогда не злоупотребляет им. Курит, но настолько редко, что сам считает это скорее своеобразной традицией и ритуалом для подведения итогов и размышлений, чем привычкой, основанной на физиологической и психологической зависимости.
   
Биография
- Райан Спенсер родился 17 марта 1999 года, в Атланте, штат Джорджия – сам Райан помнит это хорошо и по сей день. Он был единственным ребенком в богатой семье потомственных врачей с огромным состоянием, и, выбор своей будущей профессии Райан определил, еще будучи подростком. Несмотря на то, что его родители не были хирургами, Спенсер был очарован анатомией, как и всей биологией в целом.

- Будучи представителем богатого класса, с самого рождения Спенсер не знал нужды в деньгах и материальных ценностях. К его услугам были лучшие условия и возможности, гарантировавшие беспечную жизнь и открывающие двери в обеспеченное будущее. Подрастающий Райан, тем не менее, не выбирал наиболее легкий путь, искренне заинтересованный самостоятельно проложить дорогу во взрослую жизнь, однако уверенно и охотно пользующийся теми благами, которые были под рукой.

- В дальнейшем, после средней школы Спенсер покинул родной дом и посвятил обучению четырнадцать лет, и в этот период вошло премедицинское образование, медицинская школа, стажировка и дополнительное обучение на кардиохирурга, с успехом закончил Калифорнийский университет в Сан-Франциско и стал членом Американской Медицинской ассоциации. Как молодой и начинающий специалист в области хирургии, Спенсер никогда не уставал учиться и постигать что-то новое. Помимо собственной специализации, он продолжал посвящать себя изучению анатомии, человеческого тела на самых разных уровнях, равно как и хирургии – как вратам к этой форме физического существования, как искусства исцеления через взаимодействия, и сам Спенсер воспринимал эту область медицины исключительно только так и не иначе. За эти годы он несколько раз сменил место жительства: вначале это был родной дом в Атланте, потом Сан-Франциско, и, наконец, Индианаполис. После завершения обучения и с началом полноценной деятельности, как хирурга, полноценно осесть на каком-то одном месте ему не удавалось, и Спенсер часто был в разъездах по другим крупным городам США, иногда задерживаясь на съемных квартирах где-то на полгода, где-то на два. Это не слишком беспокоило легкого на подъем врача, единственное, в чем он себе никогда не отказывал, так это в высшем классе обслуживания и высоких требованиях к месту собственного проживания. Фешенебельные апартаменты, дорогой автомобиль и статусный смартфон были неотъемлемой частью его жизни. 

- Поздней весной 2036-ого года, уже считающийся полноценным, но еще молодым врачом-хирургом, самостоятельно набирающимся опыта через практику, как полноценную деятельность, Райан Спенсер был привлечен и учувствовал в проведении сложной операции одного из пациентов Вейверли Хиллз. Позднее, этим же летом, Спенсер, в рамках программы реабилитации, наблюдал за окончательным выздоровлением прооперированного пациента уже на территории спецучреждения, откуда, уже вечером при попытке отправиться домой, слегка заплутав в коридорах и попал в Лимб.

- Сложно сказать, что происходило с ним всю жизнь до этого – или, быть может, куда важнее было то, что случилось с Райаном Спенсером, когда он одним-единственным шагом пересек невидимый порог, разделяющий «до» и «после», прошлое - и будущее, или, точнее, настоящее, которое теперь определяло то, какой дорогой дальше пойдет подающий надежды талантливый хирург. Возможно, никакой потаенной тьмы никогда не было в его разуме, а может, на самом деле она клубилась всю его жизнь, скрываясь за спокойным и благодушным, располагающим выражением лица и проницательным взглядом, за уверенным и бодрым голосом – и теперь, накопившись, она дала о себе знать. В тот день поздней весны 36-ого года разум и душа Райана Спенсера претерпели первую и, вероятно, последнюю вивисекцию такого рода. Опустившаяся Ночь забрала его, и когда наступило утро, с бывшим Спенсером было покончено – теперь на мир взирал человек совершенно иного устройства собственной души.
Сейчас он почти ничего не помнит о первых днях, которые он провел в Лимбе. Воля случая закинула в этот мир мало того, что вечером, и опустившаяся тьма безжалостно расправилась с тем, кем раньше был Райан Спенсер, но и забросив его в малонаселенную область на Холмы Изобилия, граничащую с руинами цехов Мартимера. Вероятно, у него были все шансы погибнуть там, и первые сутки своего пребывания в Лимбе он совершенно не понимал, где он находится и куда ему идти, что лишь усугубляло его психическое состояние. К вечеру следующего дня, когда Спенсер, забредший на руины одного из цехов, окончательно заблудился и выбился из сил, его нашли представители Машинерии. В этом ему, можно сказать, повезло так, как может повезти только раз в жизни: теряющий рассудок и жизненные силы, Спенсер попал в ситуацию, обернувшуюся для него решительным образом.
Представители малочисленной группировки Найтбрингеров, только-только зародившейся в Лимбе, не очень прониклись и заинтересовались попавшимся им человеком, который только что прибыл в этот мир – ровно до того момента, когда им не удалось узнать, что Спенсер – врач и хирург. Облаченные в ало-черные мантии служители Машинерии, коротко посовещавшись со старшим представителем своего ковена, предложили Спенсеру заключить сделку. Он останется с ними на какое-то время, чтобы выполнить некоторые услуги для служителей, и в обмен они предоставят ему информацию и кое-какое оборудование, которое может оказаться полезным в дальнейшем. Или же – он может уходить на север, чтобы выбраться к поселениям, но не получит ничего. Уже исковерканный разум Спенсера в ту пору был подобен треснувшему драгоценному камню, расколотому неведомой силой, и что-то заставило его остаться в небольшом коллективе этих непонятных людей.
Спенсер согласился на время присоединиться к обществу представителей Машинерии, проводящих своих ритуалы, и опытный хирург, умеющий проводить операции, оказался как нельзя кстати для представителей этой группы Найтбрингеров. За последующие две недели под присмотром Старшего Механика ковена Пылающих Шестерней, Спенсер возглавил и провел порядка десяти операций, раз за разом лишая правой руки и левой ноги каждого из членов ковена, чтобы в последующем ампутированные конечности были заменены грубыми, но технологичными протезами, подключающимися к нервной системе при помощи невиданных Спенсеру ранее возможностей, заключенных в объектах, называемых реликвиями.
После завершения ритуала, в благодарность за помощь Старший Механик ковена преподнес в дар Спенсеру устройство, крепящееся на плечах и спине, в принципе работы которого была тоже заложена реликвия – аппарат, называемый механическим ассистентом, «ад’ютор» или же Комплектом, способным отзываться на мысленные приказы своего носителя, чтобы он мог полноценно владеть четырьмя складными манипуляторами, как собственными конечностями, которые, в свою очередь, могли выступать и в качестве «дополнительных рук» для проведения быстрых операций, равно как и оружие. Поначалу Спенсер скептично отнесся к Комплекту и его функционалу, но уже очень скоро он убедился, что лишними «руки» в его профессии, когда он остался один во враждебной среде, не бывают. Покинув руины цехов, Спенсер отправился на север, в сторону обитаемых земель.

- Первый год его пребывания в Лимбе, особенно первые месяцы, оказалось крайне беспокойным и насыщенным на события отрезком времени его новой жизни, и долгое время ему приходилось перебираться с место на место в поисках пристанища, в котором Спенсер бы чувствовал себя уверенно. Это было чрезвычайно опасная пора лично для него, когда он искал нечто большее, чем просто убежище и надежные стены, в которых хирург смог бы чувствовать себя, как дома. Он все еще плохо ориентировался в шатком и зыбком подобии политики и взаимоотношений среди других Найтбрингеров и их группировок всех мастей, и поблизости не оказалось никого, кто смог бы объяснить ему основы – опыт общения с Машинерией в первые дни не принес ясности из-за замкнутости членов этой группы, равно как и состояния самого Спенсера. Ему приходилось действовать самостоятельно, крайне осторожно заводя новые контакты и знакомства, где-то вступая в конфликты или же становясь свидетелем таковых, а где-то предлагая собственные услуги, как человека, способного как и спасти жизнь – так и стремительно оборвать ее. К немалому удивлению и даже некоторому облегчению Спенсер обнаружил, что в этом новом «ночном» мире можно стремительно исцеляться при помощи все тех же реликвий – но медицина на крайне низком уровне, и опасности, влекомые этим положением, по своей сути никуда не делись. Уже тогда он быстро понял, что может найти себе место и реализовать себя именно как врача и хирурга при помощи своих уникальных знаний и опыта, который преумножался реликвиями определенного функционала и направленности, равно как и новому, вскрывшемуся уже позже факту – Спенсер понял, что в новом мире такие, как он, «гости» из реальности, не могут умереть от старости. Осознание этого вселило в него еще большую паранойю и опасения за собственную жизнь. Спенсер понял, что теперь, после многих недель и месяцев скитаний он хочет жить только лишь для того, чтобы бесконечно совершенствоваться в новых условиях собственного условного бессмертия, чтобы собирать знания и реликвии в любых видах и формах, чтобы набираться опыта в разных направлениях медицины. Для Спенсера Лимб открыл себя с неожиданной стороны: реализовать себя, как светоч в науках, на постижение которых в привычных условиях у него бы не хватило никакой жизни.   

- На второй год Спенсер вполне себе закономерно примкнул к Ржавым Скальпелям, поначалу найдя в них тех самых коллег по цеху и образу мышления. Но уже очень скоро он разочаровался в их методах и подходе, которые Спенсер счел тупиком для себя и собственных изысканий. Скальпели истребляли людей под влиянием тьмы в своих исковерканных умах, называя искусством банальное проявление садизма, и Спенсер, хотя и впечатленный талантами их деятелей, посчитал подобную деятельность недостойной для врача, как можно быстрее избавился от их компании, не найдя себе места среди них. Его устремления были направлены, в первую очередь, чтобы обосноваться среди Найтбрингеров как независимый специалист, у которого, конечно же, будут свои предпочтения и враги соответственно, но, вместе с этим, определенный круг потенциальных клиентов. Со временем ему удалось создать секретное убежище и лабораторию на окраине Чернильных Топей, где Спенсер вполне себе удобно обжился в так называемом Колодце Инсвейла, достаточно большой многоуровневой подземной конструкции, которая стала его истинным домом и местом для хранения вещей, которые представляли особую ценность для хирурга: реликвии, книги, инструменты. Местоположение Колодца сам Спенсер держит в секрете от всех, с кем ему приходилось пересекаться, понимая, что это место – настоящее убежище, которое навсегда должно остаться в тайне.
Помимо этого, ему удалось закрепиться на окраинах Арисхайма, в месте, которое не блещет изыском и излишним комфортом, но которое приглянулось Спенсеру во время его вылазок в заброшенные районы и окрестности крупного города. Здесь он устроился вполне себе неплохо, как месте проживания, которое он так же не спешит разглашать всем на свете. Дела медленно, но верно пошли в гору, и хотя Спенсер прекрасно понимал, что ему навряд ли удастся заполучить тот уровень роскоши и комфорта, в котором он провел всю свою жизнь до перемещения в Лимб, он не жалуется, и постепенно пытается выправить ситуацию хотя бы при помощи некоторых деталей, в частности стараясь поддерживать определенную планку стиля в своем месте обитания и одежде.
Его деятельность в Ночи и репутация постепенно набирали обороты среди Пестрой Толпы, как талантливого врача, который может постоять за себя. Несколько раз Спенсер попадал в серьезные передряги, но к тому моменту он уже обладал навыками и познаниями, чтобы защитить себя. Ночь раскрыла его разум и перекроила в истинного хищника, который презирает пустое кровопролитие, но спокойно смотрит в глаза ночным ужасам – не говоря уже о тех, кто считает себя охотником за «ночной» дичью в образе подобных Спенсеру.
Узнав о том, что с середины лета 2037-ого года определенный контингент Найтбрингеров каким-то невообразимым образом сумел организовать и открыть лечебное заведение, да еще и назвав его «Хейверли Виллз», Спенсер пришел в полный восторг и немедленно заявил о себе, как желающий принять участие в этом безумии, которое поначалу он счел каким-то дурным, но безобидным розыгрышем – но был потрясен и еще более одухотворен, когда он побывал на месте и увидел все собственными глазами, чтобы убедиться, что все это правда. Ему удалось закрепиться за ролью приходящего хирурга, работающего непостоянно, но регулярно: Спенсер был слишком занят другими делами в других частях Лимба, чтобы сосредотачиваться на одном месте, тем более, столь опасно граничащего с территорией Шахмат.

- В эти Ночи Райан Спенсер продолжает свою врачебную деятельность, привыкнув полагаться только лишь на себя и самостоятельно стремясь расширить круг контактов, в которых он будет уверен, равно как и скитаясь в Ночи в поисках интересующих его знаний. Помимо хирургии, как страсти всей своей жизни, в нем не умолкает интерес ко всему, что связано с его собственной сутью, как сущностью Найтбрингера и его новым окружением, его восприятием Ночи – и тем, что она создает, как стихия или не поддающееся осмыслению разумное создание. Репутация дает о себе знать, и уже многие из ночных обитателей знают о его существовании.

Начальная реликвия:
«Ад’ютор», Комплект – небольшая портативная конструкция из легких сплавов металла, созданная в эксклюзивном порядке Машинерией. При помощи эластичных и прочных ремней закрепляется и фиксируется на плечах и спине носителя. Реликвия, встроенная в закрытый броней механизм Комплекта, позволяет вступать в контакт с мыслями своего носителя, подчиняясь приказам, как если бы они были его частью. Комплект снаряжен четырьмя подвижными телескопическими лапами-манипуляторами, складывающимися и расправляющимися подобно лапам насекомого (длина полностью раскрытого манипулятора может достигать двух метров). Манипуляторы могут быть снабжены различными инструментами, которые хранятся и переносятся в специальном отсеке в нижней части Комплекта, до которых манипуляторы могут дотянутся, пока реликвия пребывает в активной фазе. Среди инструментов – хирургические пилы, скальпели, зажимы, ампулы и шприцы с различными медицинскими смесями. Спенсер рассматривает Комплект как многоцелевой инструмент под определенные ситуации, и в дальнейшем будет искать возможности расширить потенциал этого оборудования. 
Время действия, мин 2,5
Откат, мин 3,5
Поднимаемый вес, кг 28
   
Оружие:
Штурмовая винтовка «Пифон».
Короткоствольная, увесистая автоматическая винтовка с секторным магазином на 50 патронов и лазерным целеуказателем. Три режима огня: одиночный, фиксированная очередь из трех патронов, автоматический. Спенсер захватил это оружие с одного из мест стычек с теми, кому не посчастливилось пересечься с Найтбрингером Ночью. Убедившись в отменных характеристиках «Пифона», Спенсер всячески поддерживает его исправность и оттачивает навыки владения им.

Особые навыки:
Талантливый и опытный хирург.
Глубокие познания анатомии и биологии. Мог бы считаться врачом широкого профиля, пусть и без соответствующей лицензии.
Достаточно хороший стрелок из огнестрельного оружия, сказывается опыт владения на любительском и познаний, приобретенных еще до попадания в Лимб, получивших новое развитие после.
Начальные навыки владения холодным оружием.
Не бытовой инвалид, но близкий к нулю в этом плане. Не умеет готовить (от чего перманентно страдает до сих пор со времени «переселения» в Лимб), и ненавидит наводить порядок, выходящий за пределы его «рабочего пространства» и «деятельности» (только лишь его инструменты в идеальном порядке).

Скорость игры: Пост в несколько дней.

Связь с вами: Уже есть у администрации.

Как нас нашли:
Leviathan

Пожелания: Новый концепт персонажа – новые возможности и сюжеты.